9 мая 2013 г.

Последний портрет

Grubas

Не пропускаю ни одного рассказа, опубликованного Грубасом, в его Живом Журнале! Грубас – телережиссер, но его вполне можно принимать в Союз писателей! Его истории выходят в свет с завидной регулярностью, и в каждой есть своя изюминка и свой урок, а также мягкий юмор и мастерское владение словом!

Количество комментариев после каждой истории Грубаса зашкаливает, количество исчисляется сотнями, поэтому лично я даже не суюсь со своими высказываниями, просто читаю и наслаждаюсь! Одну из недавних историй хочу разделить сегодня с вами.

Мне казалось, что я размещала рассказы Грубаса в других своих блогах, и в "Сплошном позитиве" сегодняшний рассказ будет откровением. Удивительно, но именно “Сплошному позитиву” везет больше всех! Оказывается, читатели уже познакомились с Грубасом 2 раза!

От судьбы не уйдешь и Двое из ларца.

Грубас, если ты заглянешь в этот блог по бэклинку, знай: тебя здесь любят и читают! Пиши, много историй тебе, хороших и разных!

 

ПОСЛЕДНИЙ ПОРТРЕТ

Сегодня я подбил Юрия Тарасовича оторваться от дачной рассады и съездить со мной за компанию в ИКЕЮ. Тарасычу хоть и под восемьдесят, но КГБэшная закалка еще держит при жизни – он с легкостью согласился, в надежде на то, что там будут большие горшки для цветов.

Приехали.

Гуляем, высматриваем, оказались в детском отделе, и тут я впервые в жизни откровенно пожалел, что у меня в телефоне нет фотоаппарата.

Никогда раньше о нем даже не думал, а тут…

Ну, очень жаль.

Пересказывать словами сюжет для фотографии – дело неблагодарное, ну да деваться некуда, попрошу вас на минуточку вступить в общество слепых, закрыть глаза и представить себе эту сцену… нет, с закрыванием глаз я пожалуй увлекся, вы же еще читать должны.

Так вот, представьте себе высокую клетку набитую большими мягкими куклами, причем все куклы практически одинаковые, только поделенные на две расы: белые и негры.

А рядом с клеткой стоит малюсенький годовалый мальчуган, он вцепился в куклу-негритенка и изо всех сил старается вытащить ее на волю сквозь металлические прутья. Конечно же у мальчика ничего не выходит, но он очень, очень старается, тянет, кряхтит, в его глазах стоят слезы, наверняка он раньше никогда в жизни не видел чернокожую куклу, а потому воспринимает ее как чудо и по его личику видно, что это самый важный момент в его жизни, ведь и сам он что ни на есть, самый настоящий негритенок…

Мы постояли, поцокали языками, полюбовались этой жизненной трагедией, потом Тарасыч выудил куклу из клетки и вручил негритенку, а тут и его губастенькие родители подоспели.

Присел Юрий Тарасович на детскую кроватку, чтобы немного передохнуть, и после длинной паузы вдруг неожиданно печально сказал:

- Да, жаль, что у нас с тобой не было фотоаппарата, хорошая могла бы получится фотография, я даже деда своего вспомнил.

- Деда? А при чем тут ваш дед?

- Ни при чем, просто я тоже когда-то за фотоаппарат, готов был отдать руку или ногу...

Дело было в пятидесятом.

Я только что окончил школу и мой дедушка – ветеран Русско-японской войны, простой полуграмотный колхозник из-под Полтавы, приехал к нам в Киев и подарил мне фотоаппарат «ФЭД» – невиданное по тем временам счастье. Дед копил на него лет пять, не меньше, ведь тогда колхозникам денег совсем не платили.

Я, конечно, обложился книгами, купил ванночки, бачок для проявки, у товарища взял напрокат увеличитель и так целыми днями: бегал, снимал, проявлял и печатал.

Мечтал поскорее всему научится, чтобы в один прекрасный день, козырно приехать к деду, сфотографировать его и сделать большой портрет в деревянной рамке…

Осенью устроился на завод и с первой же зарплаты купил на толкучке патефон с пластинкой Карузо, прихватил фотоаппарат и на выходные помчался к деду в деревню.

Вышел из поезда, было уже совсем темно, автобусы не ходили, но мне повезло поймать попутку. Доехали до села, я полез расплачиваться, а шофер увидел мой «ФЭД» (он на ремешке болтался) и сказал:

- Парень, я с тебя денег не возьму, потому, что твоего деда знаю, давай лучше ты меня сфотографируй, а при случае фотку деду пришлешь, он мне отдаст.

В фотоаппарате у меня как раз оставалась пара кадров и я отказываться не стал, ведь для деда у меня была специально припасена целая пленка.

Вывел я шофера на улицу, поставил перед самыми фарами и пару раз «щелкнул». Попрощался и побежал к деду.

Но как вошел в хату, так сразу по запаху все и понял.

Только недавно ушел поп, он отпел моего дедушку.

Дед – худой и желтый лежал на своей кровати и умирал. Если бы не его длинная борода, он, наверное, выглядел бы еще страшнее. В хате сидели две старушки - соседки, но раз я приехал, то и они с легкой душой разошлись по домам.

Дед обрадовался мне, даже попытался улыбнуться, а я говорю:

- Дедушка, погоди умирать, я же должен тебя сфотографировать на твой фотоаппарат. Обещал – вот и приехал, а это, смотри,  тебе подарок, будешь музыку заводить.

Дед собрал в кулак все силы, которых давно уже не было, и сказал:

- Юрка, если бы ты только знал, как я ждал и не хотел умирать без тебя, я молился чтобы только дожить и чтоб ты меня хоть разок сфотографировал.
Как же хорошо, теперь уже и не страшно… А ну, дай-ка мне там сорочку из шкафа и помоги одеться, не буду же я на фотографии, как покойник лежать.

Я кое-как одел его, усадил на кровать и подпер подушками, потом выключил свет и начал перезаряжать фотоаппарат, но вдруг перед самым моим носом зажглась настольная лампа и дедушка заботливо спросил:

- Юрчик, а чего ты там в темноте вошкаешься? Ты же так ничего не увидишь…

Я сидел с развернутой, засвеченной пленкой в руках, вся спина мокрая и я вообще не представлял, что дальше делать, ведь ближайший фотомагазин находился аж в Полтаве, да и тот до понедельника не работал. Тут уж не было смысла ни возмущаться, ни плакать. Зачем ему перед смертью вся эта ерунда?
Ясно, что ничего уже поправить было нельзя и дед помрет, так и не оставив ни одной фотографии после себя. Ни одной.

Я, конечно же «пощелкал» его для вида, прикрывшись фотоаппаратом и Карузо, чтобы дедушка не видел и не слышал моих слез, а сам деловито покрикивал:

- Так, не шевелись, снимаю, хорошо, улыбайся, молодец дед, еще раз…

И вдруг, кто-то сверху сжалился над нами и послал мне в голову гениальную мысль. Я потушил свет и опять зарядил в фотоаппарат старую, уже отснятую пленку и сделал новую попытку.

Вот так и осталась у меня последняя и единственная дедушкина фотография: улыбающийся незнакомый шофер, а сквозь него, как с того света проглядывает мой дед со смертельно уставшими глазами. Зато живой…

…Тарасыч поднялся с кроватки и, не оборачиваясь, отправился искать отдел для садоводов, он шел, стараясь, чтобы я не видел его лица.

Я делал примерно то же самое…

 


Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Дорогие друзья, комментарии в блоге закрыты. Если хотите связаться с автором, адрес электронной почты - в сайдбаре. Комментировать можно на страничке "Сплошного позитива" в Фэйсбуке.